Школа «Колыбель Стихий»

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Школа «Колыбель Стихий» » Захоронения тем » Комната Ирви.(Преподавателя темной магии.)


Комната Ирви.(Преподавателя темной магии.)

Сообщений 1 страница 20 из 27

1

...

0

2

---- >Комната Кид

Карта в одной руке, письмо в другой, при этом что она держит двумя руками карту. Постоянно заглядывает в странное имя, лишний раз убеждаясь, что ее имя, Кэссиди, довольно скучное и занудное. Преподаватель темной магии обитал в башне луны и солнца, путь к которой Кид нашла с куда большим трудом, чем дошла до столовой. Хоть и карта была под рукой, и интуиция работала на все сто. Просто она продолжала думать о том, что произошло за сегодняшний день и за сегодняшнюю ночь. Как это скажется на ее дальнейшем пребывании здесь. А еще…как ей теперь себя вести с Мэттом? Да, и Влада она «кинула». Хотя он явно был чем-то занят и не особо проявлял желание поболтать с ней, видимо, изучая что-то связанное с его ладонью, которую так пристально разглядывал в парке у костра.
Кэссиди вздохнула, отлично понимая, что такими темпами долго не протянет. Конверт выпал и пролетел по полу, чуть не свалившись с лестницы, по которой она поднималась. Кэссиди тихо ругнулась, не понимая, зачем все это делает, но долго студента обязывает.
Отнесу я этому Ирвидо письмо. А что дальше то?
Невеселые мысли и чувство неприкаянность и никудадевания своей личности повергало Кэсс в легкое уныние. В конце концов, вряд ли преподаватель по темной магии станет пить с ней чаек и есть сушки, при этом беседуя о жизни. Хорошо, если спасибо сказать удосужиться.
Вообще, о преподавателях у Кэсс было однозначное и весьма искаженное представление. В ее мировоззрении это были деспотичные и эгоистичные создания, наделенные властью, но свою власть преувеличивающие. Никому ничем не обязанные создания, настроение которых угадать практически невозможно. Люди, у которых внутри свой мир, сильно отличающийся от настоящего, но они живут по правилам своего мира и других принуждают к этому. По своей сути насильники, ломающие чужую волю. Было бы замечательно, если бы кто-то переубедил в этом Кэссиди.
Так, кажется, где-то здесь…
Задумалась Кэссиди, выходя в просторный коридор и подходя к одной из дверей. По всей видимости, да и по подсказкам карты, это был кабинет того самого господина Венца, который был преподавателем.
Интересно, он такой же тиран? Невесело подумала девушка, тщательно себя осмотрев. После чего приподняла кулачок и сделала три коротких удара в дверь. Когда стук отзвучал, она отошла на шаг, убрала пергамент карты в карман, и разгладила бумагу конверта, после чего подняла взгляд и посмотрела на дверь, когда за той послышались звуки возни…

0

3

Расставшись с директором всея пансиона для благородных магов, Ирви зашел в небольшую уютную комнатку, тут был шкаф, письменный стол, кровать, тумбочка, окно и дверь. На гардине возле окна были черные плотные шторы, и синенькие занавесочки. Стены были покрашены почему то в странные письмена, чем то напоминавшие записки кровью в камере смертников. Хотя надписи были на почти всех языках, многих Ирви не знал и даже не подозревал что они есть. Однако фраза  была только одна на всех языках и наречиях. На иссиня черном фоне тысячи раз то мелко то крупно было написано - "Сила защищать". Почему так было сделано не ясно. Зайдя в другую комнату он обнаружил маленькую кухню и контраст который кидался в глаза. Бледно бледно голубой фон стен, белая мебель и рисунки белых перьев на стенах. Ирви с интересом поднял глаза к потолку. Точно, там была нарисована девушка ангел. Глупо улыбаясь он направился в последнюю комнату - ванную. Даже предположить, не то что представить что будет там он не мог. И даже немного побаивался что ждет его там. Однако там его встретила зелено синяя переливающаяся плитка, матового оттенка. Разве что на плитках были водные пикси играющиеся в воде и под дождем. Он вернулся в первую комнату и про себя отметил что ощущения давления или страха в этой темной и мрачной комнате нет. Скорее она навевает ответственность, задумчивость и серьезность. Нет ощущения тюремной камеры как ему показалось сразу. Скорее это было похоже истенное желание быть лучше. Пусть даже в чем то дурном. Неспешно он принялся снимать с себя одежду и доспехи. Доспех он снял и положил в низ шкафа. С большим трудом уместив его там. Затем он положил одежду в стиральную машину и голый ходил по кухне, он достал кое какие травки и сушеные части тел животных, и смешав это в блендере поставил на огонь на несколько часов. Грубо говоря это была черная магия, но такое мог любой, даже не обладающий силами. Просто тонизирующий отвар с приятным вкусом. Ирви сам лично называл его чай. Пить его надо было охлажденным и по возможности с капелькой собственной крови. Пока варево кипело, Ирви быстро принял душ и прилег на пару часиков поспать. Когда встал он процедил получившуюся лазурного цвета жидкость с пряным запахом трав, и правда похожим на душистый терпкий чай только странного цвета. Он слил жидкость в графин и убрал в холодильник. И решил поискать что нибудь съестного. Увы ничего не было найдено... Он вернулся обратно в комнату надел единственное что было чистого и сухого белье и черные трико свободного покроя. Подумав он попробовал размяться с мечом, комната была большая и места ему хватило, однако это быстро ему наскучило и махнув два раза он сел обратно на кровать. Идти за провиантом не особо хотелось, и честно его ожидания о новой яркой жизни в колыбели понемногу стали таять. Тут в дверь постучали. Ирви как был - с большим клеймором, обнажен по пояс, слава богу что сверху, распахнул дверь где то на три четверти, Однако из за того что сейчас солнце из окна светило ему точно с спину а в коридоре было темно, было видно лишь его силуэт и немного странную комнату с как мог предположить сторонний наблюдатель надписями кровью на стенах. Перед ней был молодой 20-летний парень больше походивший на ученика чем на учителя с огромным двуручным мечом положенным на плечо, лезвие которого в ширину было чуть уже чем талия стоявшего перед незваным гостем силуэта. Постепенно глаза привыкали и можно было различить повязку на глазу и растрепанные еще немного влажные волосы.
Тут же, почему то с явной уверенностью что запах идет от этого юноши, донесся букет ароматов. Мята, шалфей сладко ласкали рецепторы. Ландыш усыплял внимание. Но горький запах полыни напоминал что это лишь наваждение.
Ирви свободной рукой потрепал себя по мокрым волосам.
- Что-то случилось?

0

4

Да, шум определенно был, и Кэссиди еле подавила в себе желание подойти ближе и приложить ухо к двери. Любознательности в ней было выше крыши. И это она знала еще с детства. С тех самых пор, как они с Даниэлем играли в прятки, и он потом сильно и долго кричал на нее за то, что она так быстро или так упорно его искала. Он все время все скрывал от нее, секретничал за ее спиной, в то время как она сама описывала ему каждую деталь в мелочах, рассказывала о малейшем действии. Неужели так удивительно, что теперь она стала такой любопытной? Ей так хотелось знать то, что происходит у других. Но не для того, чтобы унизить или посмеяться. Просто знать, быть в курсе происходящего, принимать участие, помогать, в конце концов. Не просто спокойно наблюдать со стороны, а именно помогать.
Дверь отворилась совсем немного, образуя щель, в которой нарисовался силуэт. Определенно мужской.
Ну, в принципе было бы странно, если бы это была Мисс Венц.
Мистер Венц оказался весьма молодым для преподавателя юношей. Не слишком свойственное слово для человека (или не человека?), который будет вести столь странный предмет, от которого Кэссиди бросало в дрожь. Тем временем же Кид успела сделать первые наброски его внешности, в первые минуты будучи ослепленной солнцем из-за его спины. Приятная мускулатура, не шкафчик с антресольками, и то радует. Лезвие блеснуло на свету, и глаза Оливии слегка расширились, глядя на оружие. Оно вызвало в ней некоторый трепет и неприятные воспоминания. С участием все того же мерзопакостного Даниэля.
- Что-то случилось? – спросил молодой человек, смахивай с волос влагу. От незнакомца исходил приятный, но незнакомый Кэссиди запах, который она тут же втянула в себе, пытаясь определить составляющие.
Он только что из душа? Нэ? Тут же про себя поинтересовалась Кэссиди, приходя к такому выводу из-за запаха и мокрых волос.
- Извините, что побеспокоила, - запнулась Кэссиди, несколько испуганно взглянув на оружие, - я ищу мистера… - она поспешно подняла руку с конвертом, - мистера Ирвидо Венца, - сдвинув брови на необычном имени, сказала девушка, снова выпрямляясь и поспешно сжимая конверт и карту двумя руками. – Преподавателя по темной магии, - пояснила она.
Кэссиди вдруг пришла мысль, что стол молодой юноша просто патологически не может быть преподавателем. Аспирант, сын… Или другие места и должности, но никак не преподаватель. Да, на вид он был едва ли старше самой Кид. Вот только повязка на глазу не вписывалась в общую картину. Откуда у столь молодого человека такая серьезная травма. Как всегда любознательность пролезла вперед.
- Вам больно? – поинтересовалась Кэссиди, осознав, что с испугом и тревогой смотрит на повязку молодого человека.
И тут же прикусила язычок.
В конце концов, Кэсс, это не твое дело. Заперлась, непонятно куда, так теперь еще и с вопросами налетела. А потом еще удивляешься, почему люди тебя сторонятся, отругала себя Оливия, переминаясь с ноги на ноги. Закусив губу, Кэсс краем глаза еще раз глянула на карту. Та отчетливо показывала, что в данный момент девушка стоит именно в учительском коридоре перед дверью преподавателя. Значит, ей сюда. Точнее, голубю, который ошибся окном, надо было сюда. А теперь она сама работает вместо почтальона.
Интересно, а подобным можно здесь зарабатывать на проживание? Пришла в голову девушки абсолютная бредовая мысль, пока она аккуратно, но нервно подергивала бумагу конверта. Такое бывает только в плохо-отрепетированных драмах – уголок конверта оказался слишком острым. Легкий писк, и капелька крови выступила на подушечке указательного пальца. Девушка неаккуратно дернула рукой, опуская ее, чтобы скрыть с глаз юноши собственный позор.
Сегодня явно не мой день. Кэссиди поежилась, ругая себя за глупость в очередной раз. После чего в ожидании подняла взгляд на молодого человека, чья фигура так и рисовалась в полуоткрытой двери.

0

5

Взору скучающего охотника за нечестивыми предстало зеленоглазое чудо срелднего роста с кудряшками на голове. Честно говоря его скуку как ветром сдуло, те несколько секунд что она собиралась с духом чтобы ответить ему, он сгорал от любопытства.
Не ужели она ко мне? Ммм, миленькая. Кажется я не зря сюда приехал. Надеюсь она не ошиблась и пришла ко мне? А я еще и полуголый. Да уж интереснейшая встреча.
Когда он услышал свое имя, и должность преподавателя темной магии, то убрал клеймор за дверь и кивнул ей.
- Да я господин Ирвидо Венц. Только что прибывший преподаватель Темной магии. Рад познакомиться. Мисс...?
Услышав про письмо Ирви протянул руку и взял его. Это был его недавний знакомый. Впрочем особо теплых отношений между ними не было. Его друг был человеком рискованным и часто попадал в передряги, прося у Ирви помощи. Правда в этот раз ему совсем не хотелось открывать письмо и вдаваться в чужие проблемы, когда можно было предаться своим радостям.
- Вам больно? Ирви оглядел себя, потом посмотрел на девушку, в ее больших зеленых глазах плескалось что, то непонятное, но непонятно почему Ирвидо смутился как мальчишка. Еще через мгновение он понял что она имела ввиду его повязку на глазу. Он задел ее с немного грустным видом рукой. Она конечно же была как всегда на месте. Он привык к ней и не замечал ее уже давно. Вот уже почти 450 лет. Его губы расплылись в детской улыбке. Так чисто и открыто могут улыбаться только дети. Которые не знают ни завести, ни лжи, ни предательства.
- Нет. Это рана не болит уже 450 лет...
Он вальяжным жестом пригласил ее войти. Обведя рукой всю комнату.
- Прошу принять мое приглашение на чай. Тем более что вы порезались... Я обработаю вашу ранку. Запах крови хоть и приелся для старого охотника, но его он всегда могу учуять. Особенно такой юной и наверняка вкусной для акум особы. Хотя он просто заметил следы крови на конверте. И демонстративно понюхал уголок перед ней. Потом аккуратно, украдкой попробовал на язык.
- У вас такая вкусная кровь. Вас не тревожат вампиры?

0

6

Когда оружие было убрано, Оливии стало чутка полегче. В конце концов, оружие она не любила с детства. Когда Даниэль издевался и бегал за ней с кухонным ножом, крича всякие гадости. Она до жути боится острых предметов с тех пор, поэтому при виде блестящего лезвия ее бросает в дрожь. Внутренне Кэссиди лишь поблагодарила преподавателя, что он избавил ее от, так сказать, приведений прошлого.
Наверное, только сейчас, оглядываясь, Кид окончательно понимала, что за грязный болван ее старший брат, и как уничижительно он с ней обращался. Как с игрушкой, с рабыней, с тем, кого можно втоптать в грязь, раздавить и уничтожить. Насколько же гибкой была ее психика, слишком ранимая уже для ребенка, что она попросту этого не замечала?
- Да я господин Ирвидо Венц. Только что прибывший преподаватель Темной магии. Рад познакомиться. Мисс...?
- Кэссиди Кид, - коротко представила девушка, во все глаза глядя на молодого человека и изредка моргая, будто не понимая, о чем вообще идет речь. - Кэссиди Оливия Кид, - повторила зачем-то она свое полное имя.
До ее сознания мало-помалу доходило, что стоит перед ней тот самый преподаватель, которого она искала в этих столь запутанных коридорах, помогая себе картой. И зовут его Ирвидо Венц. И он далеко не такой, каким она представляла себе преподавателей. Слишком молодой и не отталкивающий, не пугающий.
- Нет. Это рана не болит уже 450 лет...
Его добрая и веселая улыбка обескуражила Кэссиди. В принципе, это был первый преподаватель, которого она встретила. И было что-то странное в его присутствии для самоощущения Кэссиди. Она часто-часто заморгала, переваривая цифру.
- 450? – Глухо переспросила Кид, удивленная до глубины души. – А по Вам и не скажешь, что у вас такой богатый жизненный опыт, - сухими губами пробормотала она, пытаясь раскусить преподавателя: толи он над ней смеется, толи действительно так долго бродит по белу свету. – Вас еще не утомили столь длинные жизненные скитания?
И почему Вы до сих пор живы? Уже про себя подумала Кэссиди, понимая, что очень многого не знает об этом загадочном мире зазеркалья, в который попала из своей комнаты.
- Прошу принять мое приглашение на чай. Тем более что вы порезались... Я обработаю вашу ранку.
После чего последовал такой хозяйский жест, приглашающий внутрь, что Кэссиди на секунду испугалась и от страха сгруппировалась, готовая бежать, хотя все ощущенная говорили, что пока опасность не грозит. К тому же, самая красная и громкая лампочка по имени интуиция пребывала в глубоком молчании, что уже значило не мало. Кэссиди собралась с духом и переступила порог, проходя внутрь и удивленно озираясь.
- Пустяки, - она стеснительно улыбнулась, - оно того не стоит. Это всего лишь маленький порез, - она пожала плечами, ощущая легкий румянец на щеках.
Движения и вид преподавателя, слизнувшего ее кровь с конверта, заставило Кэссиди шумно выдохнуть и с очередной волной любопытства посмотреть на молодого человека, продолжавшего пребывать перед ней в полуодетом виде.
- У вас такая вкусная кровь. Вас не тревожат вампиры?
- А должны? – нервный смешок, говорящий о ее состоянии, - до сих пор не встретила ни одного, и, думаю, что на мою душу и тело они не позарятся, - кивнула она преподавателю, начиная несколько осваиваться в его обществе. – Вы предложили мне выпить чаю, - она мило улыбнулась, напоминая про приглашение, - я пью красный или черный, - продолжая сохранять детскую улыбку на губах, сказала Кэссиди, ощущая, что от пережитого волнения в горле совсем пересохло.
Глаза девушки уже заинтересованно блуждали по стенам, исписанным незнакомыми символами и знаками. Интересовавшаяся языками с детства, девушка бесстрашно подошла к одной из них, взирая на фразу.
- Я понимаю тут лишь слово мощь или сила, - пробормотала она, и повернулась к преподавателю, - господин учитель, а что здесь написано? – повернувшись назад к стене, девушка провела тоненькими пальчиками по изгибам символики.

0

7

- Кэссиди Оливия Кид, - Преподаватель играя своим голосом повторил за ней ее имя. - Неплохо звучит. Хорошо сочетается с вашей внешностью. - Он лукаво оглядел ее с ног который в который раз. Он подождал пока она пройдет внутрь и неспешно притворил за ней дверь.
– Вас еще не утомили столь длинные жизненные скитания? Ирви пошел на кухню. Послышался звук открывающегося холодильника. Шум стаканов. Потом он открыл кран. Решив сполоснуть посуду, мало ли что с ней было раньше?
- Сама по себе такая долгая жизнь не утомляет. Нет ничего плохого в том чтобы прожить 500 лет как я. Плохо в том что приходится хоронить много друзей, знакомых и даже эпох. И меняться приспосабливаясь к окружающему. Поэтому, то я согласился перебраться сюда и начать преподавать. Там где я жил раньше уже нет никого кто был мне другом и ничего что я любил.
Он вернулся все в том же виде. Ходить полуобнаженным перед своей будущей ученицей его не смущало. Да и чего можно стесняться после стольких лет? Вряд ли он вообще способен на подобное. И не потому что он стал черств. Просто стеснение он считает абсолютно лишним. В руке у него была чайная ложечка.
- Можно осмотреть ваш пальчик? И не дожидаясь разрешения он осторожно взял его своими теплыми руками. Порез уже почти покрылся корочкой, он не задел даже маленьких сосудов и кровотечение не получило развития. - Вампиры, почти все без исключения являются ценителями прекрасных "вин". Он лукаво посмотрел в глаза Кэсс. Несомненно она ему понравилась. - И поверьте у вас весьма богатый букет вкуса и аромат.
О не отпуская ее пальчик оглядел стены. И безмолвно указал на левый угол комнаты, над дверью. Там надпись была на английском. Power to protect.   
- Итак. Ранку можно не обрабатывать. Но загвоздка в том что красного чая у меня сейчас нет. Есть только небесно лазурный, но если хотите я сделаю красный? Правда мне понадобится капелька крови...

0

8

- Кэссиди Оливия Кид, - повторил преподаватель ее имя. А Кэссиди лишь обернулась и неуверенно посмотрела на него. - Неплохо звучит. Хорошо сочетается с вашей внешностью. – Она недоуменно моргнула, приподнимая бровь.
- Сейчас я задумываюсь, что Вас, кроме как Ирвидо Венц, никак иначе звать нельзя. Другое имя Вам бы не подошло, - она мило улыбнулась, глянув в спину учителю, - потому что имя уже неразлучно сплелось с Вашим образом и внешностью, - она хмыкнула, возвращаясь к разглядыванию стен.
- Сама по себе такая долгая жизнь не утомляет. Нет ничего плохого в том чтобы прожить 500 лет как я. Плохо в том что приходится хоронить много друзей, знакомых и даже эпох. И меняться приспосабливаясь к окружающему. Поэтому, то я согласился перебраться сюда и начать преподавать. Там где я жил раньше уже нет никого, кто был мне другом и ничего что я любил.
Почему-то стало как-то грустно. Ненадолго, но все же. Кэссиди никогда не думала о том, что бы было, если бы ей суждено было жить не одну сотню лет. А теперь вдруг задумалась, растерянно глядя на вышедшего из, видимо, кухни мужчину.
Кид хмыкнула. Мистер Венц был первый в этой школе, кто не скрывал от нее чего-то и не вел себя так, будто она осточертела ему до коликов. Наоборот. Он был весьма улыбчив, приятен внешне, да и уважительно вел себя по отношению к самой Кэссиди.
- Наверное, это весьма тяжело. А у Вас есть… - она запнулась, не зная, как правильно сформулировать вопрос, - у Вас есть выбор? – она немного смущенно пожевала губу. – Я имею в виду, есть выбор жить или… - не могла хрупкая натура Кид произнести этого страшного антонимического «жизни» слова.
- Можно осмотреть ваш пальчик?
- Да, право же не стоит… - сказала Кэссиди, убежденная, что порез уже затягивается, хоть и слегка ноет. Но когда ее холодные пальцы оказались в теплых ладонях, она смогла пробормотать лишь невнятное – Мммм… - и замолчать.
- Вампиры, почти все без исключения являются ценителями прекрасных "вин". – Преподаватель лукаво взглянул на Кид, чем вызвал еще большее смущение на лице своей  ученицы. - И поверьте у вас весьма богатый букет вкуса и аромат.
- Но Вы же не вампир? – с интересом и улыбкой поинтересовалась Кэссиди, сгорая от любопытства.
Сей вопрос уже порядком успел проесть ей мозг, особенно, после цифры. «500». Люди не живут столько, а значит милый преподаватель вовсе не человек. Тогда кто? О каких расах ей еще предстоит узнать? Какие из них безопасно и контролируемы? А каких стоит бояться до дрожи и обходить десятой дорогой?
- Итак. Ранку можно не обрабатывать, - заявил господин Ирвидо.
- Видите, Мистер Венц, - весело улыбнулась Кид, - я же Вам говорила, а Вы не верили!
- Но загвоздка в том что красного чая у меня сейчас нет. Есть только небесно лазурный, но если хотите я сделаю красный? Правда мне понадобится капелька крови...
Она удивленно вскинула брови, только сейчас понимая, что ее пальцы так и находятся в руках у преподавателя, и поспешно, но аккуратно вытянула ладонь, под предлогом поправить волосы. Он милый, привлекательный и приятный, но она ведь его не знает. К тому же, он ее будущий преподаватель. Об этом не стоило забывать…
- Моей? – лишь слабо переспросила Кид, собираясь с мыслями. – Пить свою собственную кровь даже в таком виде меня как-то не привлекает, - она натянуто улыбнулась, снова теряясь под взглядом этих голубых глаз. – Подобные эксперименты не влекут за собой ничего хорошего, - пожевала она губы, после чего внимательно глянула на преподавателя. – Учитель, а Вы пьете…кровь? – спросила она с любопытством, очень живо вспоминая, как преподаватель «попробовал» ее кровь.

0

9

– Я имею в виду, есть выбор жить или…  -
- Не жить? - Он как то по детски рассмеялся смотря то на ее руки, то на лицо. Он в подумал что может стоит рассказать интересную, душещипательную историю, коих у него имелось несомненно множество? Но все же Кэсс была не тем человеком на кого это произведет впечатление. Точнее произведет. Вот только можно ожидать что в следующий раз при виде преподавателя темны сил, милая девушка попробует скрыться от него при первой возможности.
- Я охотник за эээ... Так сказать теми созданиями ночи что не соблюдают правил и портят жизнь другим своими темными делишками. Вы слышали о Клеймор? Это орден охотников, получивший название за то что все его члены были мастерами двуручного меча и одновременно полуйома. Я даже не знаю что ответить вам. Выбор не быть тем кто я есть у меня был. Но тогда он для меня не существовал. Я не видел его. Так что можно сказать нет. Сама судьба сделала со мной такую вот оказию. -
Давно, он не дразнил девушек, своим немного странным поведением. Он не делал ничего пугающего, был обходителен и мил, но в то же время делал экстравагантные предложения, стараясь заинтриговать собеседника. Ему было очень жаль отпускать ее приятно холодную ладошку, и он как то сиротливо потер подушечки пальцев друг о друга.
- Но Вы же не вампир? –
Он открыл рот и демонстративно потрогал зубки нижней челюсти указательным пальцем. Клыки были в наличии, но они не казались большими, даже самую малость.
- Вампир? Думаю нет. Но приятного в моей родословной мало... - Немного грустная улыбка и он виновато почесал затылок, напоминая деревенского парня, такого просто и бесхитростного.
- Моей? –
- Да, вашей, - Он был все так же беспечен и немного серьезен. - Сейчас я объясню. Можете пока присесть за мой рабочий стол. Стул только один ну да я обойдусь. - Он ушел снова на кухню и довольно быстро вернулся с графином с переливающейся, и сильно играющей на свету лазурной жидкостью в одной руке и парой стаканов в другой.
- Это я называю чаем. Он хитро улыбнулся, Ирви и правда уже много лет пил этот эликсир вместо чая. В конце концов, он ничем не уступал напитку, а по свойствам сильно его превосходил. Поставив стаканы на стол он наполнил их из графина ровно на половину.
– Учитель, а Вы пьете…кровь? – Он задумчиво посмотрел на свою новую знакомую, немного оценивающим взглядом.
- Честно говоря... Да. Но только свою. Собственно это я и хотел вам предложить. - Он не предлагая пока что ей чая пошел в сторону клеймора.
- Этот напиток носит название "Лазурный вечер, алое утро". Потому что может иметь два разных эффекта.- Он провел пальчиком по лезвию порезав его. И подняв его повыше пошел обратно.
- Если пить его как сейчас. Лазурным. То он успокаивает нервную систему, снимает стресс, расслабляет мышечную ткань в общем готовит тело к благотворному сну. Так же благодаря тому что это все же творение магическое ускоряет заживление ран. А вот если сделать вот так...- Он потихоньку подошел к столу и капнул капельку крови в стакан. Капля странным образом равномерно растворилась в прохладном напитке и тот стал симпатично алого цвета, казалось пульсирующего живой силой.
- То он подобен кофе. Бодрит, поднимает тонус всего организма и придает сил. И обостряет вкусовые ощущения. Правда только тому чья кровь в стакане. Если хотите пейте так. На вкус это охлажденный фруктовый чай. Хотя там всего лишь отвар из трав. Только скоро вас потянет в сон и спать вы будете крепко и сладко. Он беззаботно улыбнулся протянул ей стакан с лазурной жидкостью и пригубил свой с алой.

Отредактировано Irviro Venc (2010-05-06 18:35:16)

0

10

Странно было наблюдать за ним. Казалось, что он чувствовал себя на все двадцать, которые по его внешности можно было смело ему давать. Но ведь человек, прошедший столь длинный и долгий жизненный путь, не может быть как все. Просто не может. Даже теоретически. Особенно, если брать во внимание, слова самого Ирвидо о том, что он похоронил многих близких его душе и сердцу людей. Самое тяжело для Кэсс, наверное, было бы узнать, что она пережила близких ей людей. Тогда вечность теряет всякий смысл. Зачем жить вечно, если эту самую вечность нельзя ни с кем разделить? Нельзя же упиваться одиночеством до такой степени?
- Не жить? – его веселый смех окончательно добил Кэссиди. Она начинала путаться в хитросплетении характера этого человека. Он явно не был ребенком, уже состоялся как физически, так и умственно, видел много всего, бесспорно. Но этот его детский смех… Нет, он не казался фальшивым, скорее придавал какую-то романтическую тоску всему образу.
- Я охотник за эээ... Так сказать теми созданиями ночи что не соблюдают правил и портят жизнь другим своими темными делишками.
- Из всех созданий ночи я знаю только вампиров. И то, наверняка, все мои предположения и знания неверны и испорчены телевидением, - сказала Кэссиди, пожав плечами, - Вы их имели в виду, учитель?
Обращаться к нему по имени казалось Кид слишком фривольным и беспечным. Нужно было сохранить грань. Хотя бы на время…
- Вы слышали о Клеймор? – внимая приятному голосу и внимательно глядя на мистера Венца, Кид лишь отрицательно кивнула головой, чтобы не перебить его рассказа. - Это орден охотников, получивший название за то, что все его члены были мастерами двуручного меча и одновременно полуйома. Я даже не знаю, что ответить вам. Выбор не быть тем кто я есть у меня был. Но тогда он для меня не существовал. Я не видел его. Так что можно сказать нет. Сама судьба сделала со мной такую вот оказию. – Пояснил преподаватель и замолчал, задумчиво глядя на свою ладонь, потирая пальцы. Инстинктивно Кид сжала пальцы собственной руки, кажется, догадываясь, чем был вызван подобный жест.
- Зато я знаю, что Вы мне можете сказать, - улыбнулась девушка, прищурившись глядя на учителя, - объясните мне, кто такие йома? Хотя бы в целом, чтобы я смогла приблизительно понять, кто такие полуйома, - она пожала плечами, чувствуя себя белой вороной. В конце концов, может быть, было обязательным знать подобные вещи для студента «Колыбели»?
- Вампир? Думаю нет. Но приятного в моей родословной мало... – он с забавной улыбкой потрогал клыки нижней челюсти.
- Но они и не человеческие, - тут же прокомментировала свое наблюдение внимательная Кид.
- Да, вашей, - его беспечность удивляла и в то же время радовала. Кэссиди нуждалась в таких прямолинейных людях…или нелюдях, - Сейчас я объясню. Можете пока присесть за мой рабочий стол. Стул только один ну да я обойдусь.
Получив разрешение, в отсутствие учителя девушка прошлась по комнате, оглядывая ее и находя в принципе неплохим прибежищем, как для преподавателя. Интересно, а она бы тут смогла жить? Взгляд упал на кровавые с виду надписи. Любопытно было, чем они  нарисованы, и Кид опять приложилась к ним пальчиками, задумчиво принюхалась к подушечкам. Нет, вроде краска.
- Это я называю чаем, - голос мистера Ирвидо вернул Кэссиди обратно в его спальню. Хитрая улыбка преподавателя не обещала ничего хорошего, но все равно веселила.
Только сейчас вдруг Кэссиди поняла, что она в комнате преподавателя, симпатичного и интересного, а из коридора не доносится ни звука. Странно, что она об этом подумала.
- Честно говоря... Да. Но только свою. Собственно это я и хотел вам предложить, - она с недоверием посмотрела в голубые глаза, а потом перевела взгляд на два стакана. - Этот напиток носит название "Лазурный вечер, алое утро". Потому что может иметь два разных эффекта. – Кэссиди  слушала о свойствах напитка, внимательно глядя на почти прозрачную жидкость. - А вот если сделать вот так... – она почувствовала запах железа, а потом увидела, как капля крови сорвалась с пальца Венца и упала в воду, которая моментально, словно, поглотила ее и растворила в ней сама. - То он подобен кофе. – Кэссиди лишь хмыкнула.
- Я предпочитаю кофе, нежели снотворное, - заметила она, оглядываясь в поисках режущего предмета. – У Вас не найдется еще одного конверта? – с иронией спросила она, - прокусить себя мне будет проблематично. К тому же, я не смогу нарочно себя порезать… - она замялась, - не могли бы Вы…? – попросила Кид, протягивая правую руку преподавателю, в надежде, что он избавит ее от мучительного ковыряния кинжалом в собственном пальце. На лице ее играла застенчивая, но веселая улыбка, как всегда бывало, когда настроение Кэссиди было довольно приподнятым и бодрым, готовым к получению знаний и применение их на практике.

0

11

- Вы их имели в виду, учитель?
- Не только.
-Объясните мне, кто такие йома? - Видно было что Ирви не приятен этот вопрос. Но увиливать он не стал. Грустно опустив взор, он тихо будто виновный в чем то ужасном стал говорить немного шипя от сдержанной беспомощной злости.
- Йома... Они хуже вампиров. Это древний монстроподобный род. Они как правило больших размеров, около двух метров, с толстой зеленой и коричневатой кожей,  пастью немного похожей на волчью и когтями. Но все же это почти люди. Они могут становиться похожими на людей точь в точь. И только другой йома может их почувствовать. Они и были главной целью для клеймор. Самое неприятное что они едят людей... - Он поднял взгляд на нее. Ожидая увидеть страх или отвращение к себе.
- Полуйома всегда можно отличить по... - Его глаз стал серебряным, как будто металлическим, сильно отражающим свет.
- ... характерным серебряным зрачкам. Йома никогда не останавливаются. И все время поедают людей.
Он так и стоял смотря на нее своим единственным глазом. Ожидая что у нее сейчас появятся срочные дела. В конце концов он являлся по своей сути чудовищем. Внешне человек, в душе тоже, но наполовину его тело было весьма сомнительной сущностью, поэтому те кто знал об этом вполне разумно сторонились его за это Ирви никого не винил.
- не могли бы Вы…? Он отхлебнул еще немного из своего стакана. И испытывающие посмотрел на свою собеседницу. Он пытался понять что сейчас она чувствует. И как к нему относится.
- Не стоит звать меня так официально. Оставьте это для уроков. Имени более чем достаточно, - Он поставил бокал на стол и сделал несколько шагов к ней с немного печальным видом, все еще ожидая ее реакции на все рассказанное.
- Кроме меча тут больше ничего бритвенно острого нет. А резать кухонным ножом слишком больно, он ведь туп. Но я могу сделать надрез. Если вы еще доверяете мне. Он протянул ей свою пустую руку в ожидании ее действий.
Примет она мое предложение или нет? Думаю кампания такого темного и старого субъекта не для юной и милой девушки.

0

12

- Не только.
- Хмм… - задумчиво пробормотала она. – А кто еще кроме вам?... – договорить Кэссиди не смогла. Слова застряли в горле, стоило ей поднять глаза на учителя.
Он изменился до неузнаваемости. Былая веселость и открытая улыбка стерлись с его лица, уступая место печали и горечи. Кэссиди, кажется, сама побледнела, предчувствуя, что что-то страшное должно вот-вот сорваться с губ нового знакомого.
- Йома... Они хуже вампиров, - она молча слушала его, стоя в нескольких метрах. - Это древний монстроподобный род. Они как правило больших размеров, около двух метров, с толстой зеленой и коричневатой кожей,  пастью немного похожей на волчью и когтями. – Живая фантазия юной огненной рисовала впечатляющих размеров монстров, от реалистичности которых Кид даже сглотнула, ощущая, что во все глаза смотрит на Ирвидо. - Но все же это почти люди. Они могут становиться похожими на людей точь в точь. И только другой йома может их почувствовать. Они и были главной целью для клеймор. Самое неприятное что они едят людей... – после этих слов он поднял на нее виноватый взгляд, словно, желая прочесть ее реакцию.
На некоторое время в комнате повисла звенящая тишина, которая давила на Кэссиди. А та только и делала, что стояла перед преподавателем в той же позе, с широко распахнутыми глазами, разве что рот был закрыт.
- Полуйома всегда можно отличить по... – эти слова заставили Кэссиди махнуть головой, будто она сгоняла марево, и взглянуть на преподавателя вновь, - ... характерным серебряным зрачкам. Йома никогда не останавливаются. И все время поедают людей. – Кэсс немного зажмурилась, потому что свет отразился ей в глаза.
Девушка быстро, в силу соей прыти, пыталась переварить полученную информацию. Конечно, то, что преподаватель поедает человечину, чем записывает себя в ряды каннибалов, не фантастиш. И опять же – все это так не вяжется с его внешностью. Кэссиди подняла на преподавателя туманный взор, продолжая немного жмуриться от света. Хотя стоило признать, что подобный цвет у глаза делал весь образ Ирвидо еще более загадочным и притягательным.
Он же учитель, вдруг закралась совсем не к месту мысль. И опять какая-то примочка с глазами. Все-таки это, наверное, местный фетиш. Размышляла Кид, слегка проведя подушечками пальцев по собственной ладони, так как рука дрогнула.
После пронесшегося урагана мыслей, Кид вдруг вспомнила про одно очень успокаивающее условие. Интуиция. Эта характерная способность ее организма, развитая на ряду с другими чувствами довольно не плохо, непреклонно молчала, не издавая ни звука, ни колебания, ни даже писка. А своей интуиции Кэссиди научилась доверять.
- Вы ведь совсем меня не знаете. И не знаете, какими способностями обладаю я. Конечно, людей я не ем, - усмехнулась по-доброму она, - но свои примочки у меня тоже есть, которые, честно говоря, не видят в Вас той опасности, которая столь явственно проступает в Ваших словах, - она пожала плечами. - Вы же можете себя контролировать? Или как иначе Вас приняли в эту школе преподавателем? Не думаю, что Вы бы сами позволили себе такую вольность, как голодный людоед, - она виновато посмотрела на него, - около беспечных студентов. К тому же, и администрация, с которой я еще пока не знакома, вряд ли бы закрыла на подобное глаза. - Опять легкое пожатие плечами и улыбка.
- Не стоит звать меня так официально. Оставьте это для уроков. Имени более чем достаточно, - Кид задумчиво кивнула, глядя на движения преподавателя, на то, как он ставит стакан, и делает пару неуверенных шагов. Он почему-то показался ее странно робким, как мальчишка, который боится получить отказ. И все, что сделала эта огненная, - улыбнулась. В привычной для себя, мягкой манере, ласково и как-то по-детски. Она сократила расстоянии между собой и Ирвидо до одного локтя, в очередной раз украдкой вдыхая приятный аромат, который доносился от Венца, и еще раз протянула руку.
- Кроме меча тут больше ничего бритвенно острого нет. А резать кухонным ножом слишком больно, он ведь туп. Но я могу сделать надрез. Если вы еще доверяете мне.
Кэссиди поежилась, глянув на меч, но вдохнув полную грудь воздуха, храбро сказала:
- Я доверяю, но, пожалуйста, сделайте это быстро и насколько возможно безболезненно, - прибавила она, умоляюще глядя на Ирвидо. – И мне будет проблематично обращаться к Вам на…ты, если вы, господин учитель, сами будете обращаться ко мне так, - она снова улыбнулась, несколько нервничая, но это все из-за надреза.
Прибыв в эту школу, Кэсс не знала, чему в принципе ее тут могут научить. Математика, физика, химия, правописание? Что еще? Она думала о магических примочках, но не задумывалась, что они настолько отличаются от реального мира, в котором она выросла.
- Господин Венц, а кровь…она Вас сильно смущает? – вдруг поинтересовалась Кэссиди, задумавшись, что между йома и вампирами много общего. И странное желание быть укушенной, но не съеденной проснулось в ней, в этой неосторожной любительнице новых ощущений.

Отредактировано Cassidy (2010-05-06 23:00:48)

0

13

Все реплики девушки были молча выслушаны. Ирви, не реагировал на них, тем более не отвечал. Он внимательно слушал и казалось анализировал каждый ее жест и каждое слово. Ее смятение, смущение, интерес. Он впитывал так как будто это было для него в новинку.
Слишком давно я ни с кем так не говорил. Даже соскучился по подобному. Все таки она очень красива...
Получив разрешение, он с явным желанием взял ее руку в свои. Нежно провел пальчиком по ее ладошке от запястья к кончику указательного пальца выпрямив его, молча испытывающее смотря в ее глаза. И как прежде мягко улыбнулся. Он был рад что голубь ошибся окном. Да что там. Если бы этого не было, то это стоило бы придумать. В конце концов теперь у Ирвидо был если не друг, то приятная знакомая с которой можно просто хорошо провести время, без каких либо недомолвок.
- Ну во первых хочется сказать что, я не ем людей... Предпочитаю тушеные овощи с бараниной, спагетти с сыром, чесноком и мясным соусом и яблочную шарлотку. - Он от края ее ладошки повел пальчиком по спирали к центру, ощущение было немного неприятным, как от щекотки, но теплым и завораживающим.
- Во вторых администрация ничего не может поделать с моим присутствием тут. Директор, госпожа Де Бардо, прочем как и я, против моего предмета, но меня выбрали на эту должность как наверно единственного мага в этой области с таким опытом и постоянной практикой. И мое назначение было утверждено непосредственно КУМР. Так что в обучении именно касаемо темной магии, даже директор не в праве мне перечить. Хотя несомненно будет. - Он слегка улыбнулся, едва едва приподняв уголки губ кверху. Он стал массировать ее пальчик, каждый сустав его, его теплые пальцы осторожно разогревали ее кожу.
- И Кэсс, кровь меня не смущает. - На кончике его пальца, появилось слабое фиолетовое свечение. Он крепко взял ее пальчик и легонько уколол ее свечением, едва едва задев кожицу. Тут же там выступила бусинка крови. Наверняка Кэсс даже не заметила этого за его манипуляциями. Это свечение не прожгло а именно прорезало ее кожу, оно было настолько острым что вряд ли это чувствовалось. Он все так же немного улыбаясь отпустил ее руку, предварительно подняв по выше чтобы кровотечение не усилилось.
- Все готово. Можете добавить кровь в напиток.
На секунду ему хотелось даже поцеловать ее, но он остановился. Даже если бы он имел предрассудки по поводу связи между преподавателем и ученицей, это его не остановило. Но просто считал это слишком поспешным. Хотя этот вариант, теперь он рассматривал очень серьезно. С большой долей вероятности. Но не сейчас.

Отредактировано Irviro Venc (2010-05-07 00:03:27)

0

14

Кэссиди отчетливо ощущала, что руки у нее как маленькие льдинки, свежее доставленные с северного полюса. И почему-то теплые прикосновения преподавателя ощущались особенно явственно, вызывая непроизвольные движения. Когда палец Ирвидо прочертил линии на ее руке, ладонь совсем легко дернулась, а пальцы попыталась захлопнуть нежную и восприимчивую к касаниям кожу, как раковина защищает свою жемчужину. И получилось, что на какое-то мгновение пальчики Кэссиди поймали в ловушку руку Венца. Девушка подняла глаза, немного смущенная сим действием своей ладони, и посмотрела на учителя.
- Ну во-первых хочется сказать что, я не ем людей... Предпочитаю тушеные овощи с бараниной, спагетти с сыром, чесноком и мясным соусом и яблочную шарлотку, - это прозвучало очень успокаивающе, и Кэссиди бесшумно, но облегченно выдохнула.
- Что ж, если выбор падет между человечиной, пусть даже в моем лице, или тем меню, что… - она запнулась, - ты мне сказал, то официально заявляю, что все вышеперечисленное я смогу приготовить, - она усмехнулась.
Слушая себя со стороны, она пыталась воспринять и понять, какого это обращаться к преподавателю на «ты». Лично для нее, это было в новинку, поэтому глаза ее задумчиво блуждали, пока сама девушка размышляла, позволены ли такие фривольности. В принципе, ничего плохого в этом нет. Наоборот, если между ними установятся хорошие, теплые отношения, она обретет в лице Ирвидо бесценного друга, защитника и наставника.
О большем пока не думай! И не смотри на него так часто! Он же заметит! Подумав об этом, Кэссиди тут же опустила будто бы заинтересованный взгляд на ладонь, где преподаватель продолжал рисовать одному ему известные знаки.
- Во вторых администрация ничего не может поделать с моим присутствием тут. Директор, госпожа Де Бардо, прочем как и я, против моего предмета, но меня выбрали на эту должность как наверно единственного мага в этой области с таким опытом и постоянной практикой. И мое назначение было утверждено непосредственно КУМР. Так что в обучении именно касаемо темной магии, даже директор не в праве мне перечить. Хотя несомненно будет, - пояснил он, неожиданно массируя палец девушки.
А это…приятно, вдруг поймала она себя на странно мысли, которая тут же засела в центре удовольствия, от чего Кид сразу прикрыла глаза, повернув слегка голову в бок, чтобы ее состояние не было заметно.
- Ну… - задумчиво пробормотала она, пытаясь собрать мысли, разбегающиеся, как тараканы из-под духовки, и замолчала, мысленно устремляясь к подушечке пальца, который, словно бы, с нежностью массировали. Это было так…необычно, и поэтому так нравилось ей, – наверное, - вдруг заговорила Кэссиди, - не нам решать, что надо, а что нет. Порой, так происходит, и мы может только подчиниться обстоятельствам. И может, - она замолчала, - выиграть для себя несколько приятных бонусов, - слабая улыбка, после чего снова молчание.
- И Кэсс, кровь меня не смущает, - услышав такое обращение, девушка улыбнулась, но тут же выпрямилась, ощутив, что Ирвидо прекратил свои манипуляции и приподнял ее руку.
- Все готово. Можете добавить кровь в напиток, - она поднесла палец к глазам, глядя на бусинку крови, которая продолжала лежать на поверхности подушечки. И было странно видеть вот такой алую каплю, спокойно лежавшую, не бегущую из пальца струей. Кэссиди подняла на Венца благодарный взгляд, после чего поднесла палец к прозрачному стакану и, слегка надавив большим пальцем на подушечку указательного, капнула в жидкость. С той произошло те же метаморфозы, что и до этого с бокалом Ирвидо. Кэссиди посмотрела внимательно на свой палец, после чего взяла стакан и задумчиво поднесла его к губам, принюхиваясь. Знакомый аромат. Что-то знакомое…Какие-то из ингредиентов точно витали вокруг преподавателя по темной магии.
- Ирвидо... – впервые назвав преподавателя по имени, начала девушка, - что я должна почувствовать? – тихо спросила она, глядя сверху вниз на алую жидкость. – Может, ты попробуешь сначала? – поинтересовалась она, глянув на Венца. - Тебя же не смущает моя кровь? - вспоминая слова мужчины, сказала Кэссиди и почему-то лукаво улыбнулась. Специально или нет, - осталось загадкой даже для нее.

0

15

- Что ж, если выбор падет между человечиной, пусть даже в моем лице, или тем меню, что…  ты мне сказал, то официально заявляю, что все вышеперечисленное я смогу приготовить, -
- Ооо ловлю на слове. Жду шарлотку. - Настоящий ребенок сразу же теряющий голову от сладостей. Хотя он и отметил что его воспринимают немного не так как надо преподавателя. С большей симпатией чем возможно. Что Ирви очень порадовало. Кровь было уже вскружила ему голову и мысли хороводом понеслись, рождая яркие образы, но он смог взять себя в руки, разве что кровь прилила к лицу.
- И может выиграть для себя несколько приятных бонусов, - Ирви расценил это уже как флирт, собственно ее поведение как раз об этом и говорило. Но он уже в который раз одернул себя что слишком быстро все может случиться. Это будет его вина если он неосторожно поведет себя. Много ли надо чтобы вскружить голову юной девушке? Ирви не хотел пользоваться моментной слабостью девушки, даже для того чтобы поцеловать ее.
– Может, ты попробуешь сначала? Тебя же не смущает моя кровь? - Он взял из ее руки стакан и тоже с интересом посмотрел в него.
- Смысл этого напитка в том что только своя кровь тонизирует. Чужая же не делает ничего. И на вкус почти не влияет... Но если ты хочешь.
Он пригубил немного эликсира. Хотя его глаза уже неотрывно следили за ней. Он чувствовал как пьянеет от ее присутствия. Как кровь быстрее бежит по жилам от того что она рядом. Он протянул стакан ей. От сильных ударов сердца рука немного вздрагивала. ему почему то захотелось сесть, но он не позволил себе этой роскоши.

Отредактировано Irviro Venc (2010-05-07 01:37:21)

0

16

Она задумчиво продолжала рассматривать все вокруг, желая теперь поближе узнать нового знакомого. Неплохо было бы иметь пару козырей в руках на случай, если понадобиться шантажировать преподавателя. В шутку, конечно. Просто ей некуда было деть себя и собственный взгляд. На секунду показалось, что Венц вот-вот прекратить говорить. Фразы его становились короче, и он как-то больше уходил в задумчивое состояние.
- Ооо ловлю на слове. Жду шарлотку. – Оживился мужчина, и Кэссиди заметила блеск в глазах учителя.
- Ты такой сладкоежка? – удивленно хлопая глазами, спросила она, упершись кулаками в стол, и улыбаясь. А в этом было что-то забавное: водить дружбу с таким созданием.
В силу ли своей не человечности или долголетия, Ирвидо был чуть ли не первым интересным субъектом в жизни Кэссиди. Она никогда не влюблялась, никогда не любила, была всегда у себя на уме, хоть ее и окружали люди. Но она была избалована их фальшью, надутыми словами и пустыми фразами, поэтому сейчас, когда к ней относились с таким вниманием, она отдавала отчет в натуральности человека, и дико радовалась выпавшей возможности приятно провести время.
Странно. Он ведет себя как маленький ребенок. Или мне просто так кажется? Задумчиво глядя на Ирвидо, подумала девушка, и усмехнулась собственным мыслям.
- Смысл этого напитка в том, что только своя кровь тонизирует. Чужая же не делает ничего. И на вкус почти не влияет... Но если ты хочешь.
Она благодарно посмотрела на него, после чего взяла стакан из его рук, внимательно оглядывая мужчину. Ничего не изменилось, он продолжал все так же бесстрашно смотреть на нее, как и пару минут назад.
- Раз стоишь на своих двоих, значит, и мне опасаться нечего, - улыбнулась она, поднося к губам стакан и осторожно делая один глоток, потом второй, потом третий.
Это было весьма странное ощущение. Сначала жидкость по вкусу напомнила ей ее любимый красный чай, но потом что-то изменилось. Словно, привыкая, вкусовые рецепторы улавливали новые ароматы, реагируя на каждый по-своему. Это было похоже на фейерверк или салют. Через каждые несколько секунду – новые ощущения. И они тоже начали давить на центр удовольствия, да так, что у Кэсс даже голова слегка закружилась. Она тряхнула головой, из-за чего волосы веселыми кудряшками ниспали с ее плеч, вниз, игриво пружинясь. Кэссиди, привыкшая к этому, даже того не заметила.
- А на вкус ведь совсем и не кровь, - задумчиво пожевывая губы, и стыдливо улыбаясь от собственной несерьезности, сказала девушка и оторвала от края стакана внимательный взгляд, переведя его на Ирвидо.
Что-то в его лице неуловимо, но поменялось, появилась некая напряженность, сосредоточенность, будто он задумался о чем-то глобальном и далеком от Кэссиди. И она поступила так, как поступила бы любая нормальная девушка, чувствующая легкое опьянение от выпитого напитка, и желающая вернуть своего собеседника в русло разговора, где происходит диалог, а не монотонное бормотание одного. Поэтому она,  улыбнувшись и желая снять неловкость, протянула руку, легонько смахнув челку с не повязанного глаза Венца, и несколько раз провела по непослушной челке ноготками, чтобы влажные волосы послушно легли так, как ей бы того хотелось.
- Так лучше, - улыбнулась она, все еще пребывая в каком-то дурмане. И только потом сообразила, что, наверное, не стоило заходить так далеко, не стоило нарушать того пространства в метр, которое для каждого человека является личными, и переход за его грань – намек на нечто большее. А Кэссиди ведь теперь туго соображала, чувствуя только, как кровь в венах неожиданно побежала быстро, и стало очень тепло, даже жарко, что ей захотелось снять свой сарафан и забраться в холодную воду. Через несколько мгновений это поутихло, ведь она была огненной, и высокие температуры ее тела не сильно смущали. Скорее подобная перемена напугала ее, и испуг, вероятно, отпечатался и на лице. И тут же у Кэсс возникло неприятное ощущение, что она все делает неправильно, говорит не к месту, даже появляется там, где не следовало бы. Поэтому она заискивающе и виновато опустила глаза и сложила ручки кучкой, переплетя пальцы.
- Что ж, мистер Венц, - пытаясь показать, как сильно она чувствует себя виноватой, пробормотала Кид, - я…пожалуй, пойду. Письмо я Вам принесла… - забормотала она что-то невнятное. Ощущая дикую жажду толи от нервозности, толи как последствия странного напитка, она схватила свой же бокал и в несколько глотков осушила его. После чего явственно ощутила головокружение и, повернувшись, оперлась о стол, склонив голову.
- Так и должно быть? – донесся ее нервный и дрожащий голос из-под ниспавших волос. Дыхание запредельно участилось, сердце билось, как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть из грудной клетки со своим барахлишком, нажитым за долгие годы. Кэссиди растерялась и подняла беспомощный взгляд на преподавателя.

0

17

Теперь преподаватель темной магии был рад что приехал сюда. Он нашел себе здесь приятную кампанию, точнее она сама нашла его. Возможно кто - то сочтет общение столь разных людей просто фарсом, но старого, а вернее сказать древнего охотника это не интересовало. Этические нормы как и любые другие со временем стираются. Но не все. Остаются только те что неизменны даже на протяжении веков. То что действительно является нормой проверенной временем, а не модой этого столетия.
Мысли его иногда уходили прочь от нити разговора, задавая вопросы ответы на которые он так хотел узнать...
Интересно, какая на ощупь ее кожа? А на вкус? А ее губы так же приятно холодны как и пальчики на руках?
- Ты такой сладкоежка? – Ирви не спеша вернулся к реальности. Но только для того что бы пристально посмотреть в ее глаза, стараясь увидеть в них ее чувства.
- Я люблю сладкое, это бесспорно. Но ненавижу приторное. Все хорошо в меру... Это так удивительно? Или в моде все еще образ сурового охотника за нечистью, употребляющего много алкоголя и злоупотребляющего сигаретами, а то и легкими наркотиками? Может это не к лицу учителю? Не знаю, для меня это обычно. - Он ловил себя на мысли что возможно он слишком резко ответил? Что это может заставить ее покинуть его. Он хотел уже было извиниться, но так и не понял за что ему следует это сделать. Почувствовал себя глупо и беспомощно. От этого желание встать перед ней на колени и припасть к пальчикам на ее ногах стало сильнее. Вот кровь уже шумела в голове как водопад и он терял нить реальности утопая в ее глазах. Слишком долго ни кто не был со мной так мил...
- Раз стоишь на своих двоих, значит, и мне опасаться нечего, - Он протянул было руку чтобы остановить ее, он совсем забыл что для себя он делает настой покрепче, но не успел, девушка уже пригубила алую жидкость. И он просто засмотрелся как ее сочные как спелая ягода губы нежно касались стакана. В нем появился огонек зависти к безжизненному и холодному стеклу. Как много бы он отдал в то мгновенье чтобы быть на его месте. Засмотревшись он забыл что хотел сказать Кэсс.
- А на вкус ведь совсем и не кровь, - Ирви конечно ее слышал, вот только реагировать почти не мог, его взор был прикован к ее губам так заманчиво смакующих вкус напитка, он лишь сделав над собой волевое усилие выдавил улыбку, которая вышла не в пример хуже чем обычно и кивнул в утверждение.
Молодо выглядящий парень едва не пропустил момент когда он провела рукой по его еще влажным прядям волос. От ее прикосновения по телу растеклось тепло, даже скорее волна огня, который вызывал жажду, жажду быть ближе в ней, чувствовать тепло ее тела, ее дыхание на своей коже, ее губы на своих губах.
- Так лучше, - Ирви просто покраснел. ОН понимал что уже наверно глупо выглядит  в ее глазах и потому заставил себя выдавить пару слов.
- Не знаю. Как правило они лежат так как им самим хочется. Те же что капризны как правило удаляются при помощи ножниц. Еще одна смущенная улыбка.
я…пожалуй, пойду. Письмо я Вам принесла… - Сердце Ирви остановилось, потом упало куда то в темный бездонный колодец. Его ка будто бросили в огонь, но он не мог ни двигаться, ни говорить. Он хотел чтобы она осталась, хоть на секунду, на мгновение, чуть-чуть дольше, но не было причин ей задерживаться. Скорее даже на оборот были причины быть тут как можно меньше. Она его будущая ученица, он ее учитель. Если их увидят так пойдут слухи. Ему до них все равно. А вот за Кэсс, он уже переживал. Поэтому лишь грустно кивнул в знак согласия. Говорить ему больше не хотелось.
Когда же Кэсс оперлась о стол, он не заметил сам как уже был рядом и обнимал ее за талию и плечи чтобы поддержать.
- Так и должно быть? – Ирви прижал ее к себе и осторожно взял на ручки, легкая как пушинка она лежала на его груди и руках. - Наверно стоило развести его для вас. Я совсем забыл. - Он засмотрелся в ее околдовавшие его глаза и сам не заметил как потянулся за поцелуем.

+2

18

- Я люблю сладкое, это бесспорно. Но ненавижу приторное. Все хорошо в меру... Это так удивительно? Или в моде все еще образ сурового охотника за нечистью, употребляющего много алкоголя и злоупотребляющего сигаретами, а то и легкими наркотиками? Может это не к лицу учителю? Не знаю, для меня это обычно. – Кэссиди внимательно выслушала учителя, ловя каждое его слово, каждый звук его голоса, и понимая, что утопает в них с головой, что уже не столько речь его приковывает к себе, сколько желание смотреть на него, может, даже прикоснуться к заветной гладкой коже, которая так и манит к себе, ведь он так и не потрудился надеть ничего, что прикрывало бы верхнюю часть тела.
Легкое головокружение, но она все еще стоит на ногах, слава Богу. А нет, это просто благодаря столу. Она уверенно оперлась на него, в тоже время ощущая легкую дрожь во всем теле и, и панический страх закрался в сердце. Зачем она пила этот напиток?
- Тоже люблю сладкое, но… приторное, - она пожевала губы, - наверное, это уж через чур. Я  вами согласна, всего хорошо в меру, - девушка улыбнулась, смущенная, пытаясь не смотреть на молодого преподавателя и размышляя, как ответить на следующие вопросы. – Охотники – понятие растяжимое. Хотя да, - она виновата пожала плечами, кивая согласно, - такой образ еще прочно стоит в умах и воображении людей. И там не только алкоголь, сигареты и наркотики. Помните фразу? Секс, драгс, рок-н-ролл, - она почувствовала, как вспыхнули ее щеки, но остановить себя уже не смогла. – Так что, Ваш образ вполне полон, хоть при этом и, вероятно, ложен. - сил хватило только эти слова.
- Не знаю. Как правило они лежат так как им самим хочется. Те же что капризны как правило удаляются при помощи ножниц, - он покраснел, заставляя Кэссиди снова смущенно отводить глаза.
- Не надо. Непослушание тоже, в своем роде, привлекательно, - мягкая улыбка, и это все. Она боится даже поднять на него глаза. Но нет, искушение слишком велико..
Она видела, с каким вниманием он слушает ее, смотрит на нее, даже чуть не поперхнулась водой, когда он наблюдал за ее жадными глотками из стакана, но списала все - лишь на внимание к «эксперименту». В конце концов, не так уж и многие, наверняка, знали такие подробности о Ирвидо. Или он бежал и рассказывал всем свои сокровенные тайны? Вряд ли. Он же тот еще матерый охотник за нечистью. Прямо, как в фильмах, которые Кид и смотрела в детстве, упиваясь главными героями. Кажется, сейчас одним из таких был как раз Венц.
Кид внимательно оглядела преподавателя, пытаясь понять, чего он от нее ожидает. У нее было несколько мыслей касательно дальнейшего развития событий, и только некоторые из них она воспринимала всерьез. Другие, со смущенным взглядом и неровным дыханием к подобным мыслям, убирала на задний план. Кэссиди никогда особо не задумывалась о том, что такое сплетня, слух, враки. Но сейчас, находясь с Ирвидо в одной комнате, наедине, когда за дверью, в коридоре ни звука, она вдруг поняла, по какому лезвию ножа ходит, насколько близка она от…Чего? Опасности ли? Нет, скорее сладкого искушения. Да, именно его.
Кэссиди ощутила, как тело ее немного напряглось уже от мыслей об этом, и впала в томительную внутреннюю борьбу, в которой сражались ее взгляды «правильно» и «не правильно». Многое было в пользу последнего, тем самым разогревая интерес к собеседнику и алчную жажду познания. В конце концов, в этом Кэсс была новичок. Она вообще была...невежей.
Неожиданное головокружение от напитка сменило ее мысли, фиксируясь только на одной: ничем хорошем вся эта затея не кончится. Особенно, для самой Кид.
В мгновение ока, которое показалось ей расстоянием в целую жизнь, Кид явственно ощутила, как ее оторвали от пола, будто она была не девушкой, а баночкой крема, и прижали к себе. Внутри разлилось тепло. Впервые, Кэссиди вдруг задумалась о том, что значит быть с кем-то рядом и ощущать тепло другого человека, пусть его жизненным кредо и является убийство нежити. Закрыв глаза, она сжалась в комочек у него на руках, уткнувшись носом в обнаженную грудь и вдыхая сладкий аромат его кожи. Кто бы мог подумать, что люди, или не люди, могут пахнуть так приятно и головокружительно? Ощущения, нахлынувшие на Кэссиди, были неописуемы и сумбурны, будто ее подхватило бешенным течением. Ее влекло куда-то в темноту, где, по ее собственным ощущениям, должно было быть что-то тягуче-сладкое, но не приторное, чего так не хотел мистер Венц.
- Наверно стоило развести его для вас. Я совсем забыл, - услышала она его тихий голос у себя над ухом, и, открыв глаза, слегка приподняла голову, чтобы посмотреть на него.
Выражение лица было полно какого-то нового для Кид смысла. А само лицо находилось в опасной близости. Растерявшись, она лишь положила горячую ладонь на его холодную грудь, желая дать понять, что он, быть может, торопит события или же вовсе ведет себя не правильно, но только и сделала, что утонула. Утонула с головой, касаясь этих мягких губ, ощущая их вкус, такой соблазнительной мягкостью искушавших ее. Кэссиди никогда не отличалась мастерством в поцелуях, поэтому чувствуя горячий румянец на щеках, она знала, что пальцы ее снова холодеют, но она пыталась отвечать на эту маленькую, оказанную ей ласку человеком, который ее привлекал и душой, и телом. Слегка подавшись вперед, она прикрыла глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце, а ноги онемевают, как движения ее становятся скованными, и единственное, что существует, это точка соприкосновения между ними – в губах, в таком ласковом и нежном поцелуе. Но вся мягкость и легкость улетучивается. Хочется испить это до дна…хочется, безумно хочется.. и это единственное, что бьется у нее в мозгу.

Отредактировано Cassidy (2010-05-09 00:27:51)

0

19

Казалось что мгновение остановилось, единственное что он делал это наслаждался вкусом ее губ. Таких теплых, нежных и сладких. Его ожидания были обмануты. Никакая ягода не могла бы сравниться с ее губами. Она казалось такой милой и робкой, что он наверно не просто желал ее, а уже влюбился. Такой вывод Ирви сделал потому что вместо того чтобы положить ее на кровать и продолжить целовать, что как ему показалось было обоюдным желанием. Он хотел защитить ее. От всего. Заботиться и видеть ее счастливой. И самое страшное он понимал что для этого он должен остановиться иначе он навредит ей...
Сердце в груди ныло как раненый зверь вырываясь наружу, разрывая грудную клетку, казалось что боль была почти ощутимой и вот-вот случится страшное, он не выдержит и умрет от разрыва сердца. С другой стороны, его восхищало ощущение ее тела на своих руках. Это казалось ему таким привычным и родным как будто он всю жизнь ее носил. Отпустить ее значило отлепить от куши большой кусок и выбросить. Ирви не ощущал ее как другого человека, а уже как частичку себя. Ее рука на его груди, ощущение ее нежных пальчиков на коже. В этом не было ничего сверхъестественного, но ради одного только этого касания, и тех ощущений что оно ему подарило, он готов был умереть на месте не задумываясь. Он не хотел отрываться от ее уже горячих от поцелуя губ, а его сердце тем временем уже сковывала цепью тоска. Он уже знал что отпустит ее, чтобы не навредить ей. Что она спокойно уйдет. И вряд ли уже все это повторится. Чувство заботы о милом его сердцу юном создании пересилило страсть к нему же. Его желание быть с ней и целовать ее губы еще не отпускало его, он хотел найти выход из этого омута. Но уже был готов спустить ее на землю, пусть даже это был первый и последний раз их близости.
Он все же отпрянул от ее губ. Его взгляд был грустным и обреченным. Он смотрел ей прямо в лицо, но при этом умудрялся не смотреть в глаза. Он не в силах сдержаться чуть чуть сильнее прижал ее к себе, как бы делая тщетную попытку спрятать ее в своей груди, от проблем и забот. Что он мог сделать кроме как поставить ее на ноги и все так же не смотря ей в глаза виновато попросить прощения? Нет теоретически он мог, и хотел, провести с ней еще время, может быть даже ночь. Но это такое яркое чувство заботы о Кэсс не позволило ему это. От терялся догадках чем это может обернуться для нее... Кроме неуважение со стороны сверстников, презрения от преподавателей и возможно исключения из школы, ей могла достаться, что Ирви считал самым страшным, тяжелейшая душевная травма. Она могла не только возненавидеть его, но замкнуться и уйти в себя. А это он уже считал преступлением. Испортить ей жизнь настолько. Он продолжая виновато смотреть ей на губы. Уже довольно нагло потерся мягкой щекой об ее щеку.
- Прости... Я просто слишком долго был один. И давно не видел таких волшебных девушек. Если хочешь забудь. Если хочешь помни. Только не держи на меня зла. - Слезинка предательски скатилась из его единственного глаза, ему показалось что она этого не заметит. - Я не специально это подстроил, это не вина зелья, это только мы... - Он все же не сдержался и коснулся губами ее нежной шейки, нежно и ласково целуя ее. - Ты сможешь сама стоять? - Он сказал это так тихо как мог, в надежде что она не услышит. Хоть и знал что ему просто придется заставить себя сказать это громче.

+1

20

Все глубже, все дальше, все слаще, а шум в ушах все глуше, но тверже. Его поцелуи были странным образом сладкими. Они обжигали Кэсс, в то же время, заставляя мучительно желать больше и больше. Все, что она слышала, был шум собственной крови в ушах, бешеный стук сердца в области желудка. Все что ощущала – жар его поцелуев, трепет собственного тела. Она прижалась ближе, желая согреться, спрятаться под его защитой, потому что знала, что только он может защитить, и никто другой. Она самозабвенно захотела быть только его, принадлежать ему, застеклить себя, чтобы только он мог прикасаться, только он мог смотреть и руководить. Впервые ей хотелось быть куклой в руках ловкого марионеточника, исполнять каждое его желание, каждый каприз и видеть улыбку, слышать голос, быть только его, принадлежать ему одному.
Странное желание для девушки, которая привыкла быть сама по себе. Может, просто время пришло? Впервые она попала в нужное место в нужное время. Или нет?..
Стоило подумать об этом, как сладкие губы стали размыкаться и отдаляться. Еще по привычке и по наитию, Кэссиди потянулась за ними, болезненно сжав глаза. Она боялась их открыть и понять, что все сон, марево, или просто красивый кадр из фильма, на котором она уснула, и сон оказался довольно реальным. Она не открывала их, даже когда ощутила теплое касание щеки, и лишь слабо улыбнулась. Только потом, когда наступило молчание, она нервно прижалась, словно в предчувствии беды, к его груди, боясь открыть глаза.
- Прости...
Сердце забилось, как наковальня. Тяжелые удары били по грудной клетке, ломая ее вдребезги. Плохое начало для признания в любви или для романтического вечера, плохое. Она приоткрыла глаза, проведя пальчиком по груди, чертя только ей одной известные завитки.
- Я просто слишком долго был один. И давно не видел таких волшебных девушек.
Она молчала, сглатывая ком, который подступал все упорнее, сдавливая ее, перекрывая возможность дышать. Она ощущала, как горят ее щеки – от обиды, от досады, от того, что она не получит того, кого хотела. Что не сможет стать его, когда была готова к этому. Глупо.
- Если хочешь забудь. Если хочешь помни. Только не держи на меня зла.
На этих словах она не выдержала и подняла на него глаза полные недоумения и непонимания, продолжая прижимать к нему уже чисто инстинктивно, как будто так и надо, как будто так должно было быть, так есть, но так не будет. Словно, он в последний раз обнимает ее, а потом она ощутит лишь холодную стену равнодуший. Стоило подумать о таком, как комок, подошедший к горлу, толкнул что-то внутри, и на глазах навернулись слезы. В тоже время она увидела и алмазную каплю в его глазах. Тоненькая ручка поднялась не смело. Дрожа, она протянулась и сняла ее с его ресницы, поднесла к губам и промочила их ею. Вместо поцелуя.
- Я не специально это подстроил, это не вина зелья, это только мы...
Она продолжала хранить гробовое молчание, зная, что он прав. И ирония судьбы впервые поразила ее с такой силой, что она не смогла сдержать обиды на нее. Хотелось разорваться на части, но не чувствовать того огня, что пожирал ее теперь изнутри. Просто обессилено упасть на кровать и плакать. В прочем, до кровати еще надо было дойти, а сейчас Кид не представляла это возможным. Она знала, что ноги у нее точно ватные, и встать на них она сможет только через пару часов. Ее начинала бить мелкая дрожь, а щеки горели. Вдобавок ко всему из глаз потекли предательские слезы, которые так нагло и бесчеловечно подтолкнул к активности комок в горле. Она совсем запуталась в закоулках собственной души, ощущая лишь соленый вкус на губах, горячие струйки, обжигающие ее щеки. Вот, что имеют в виду люди, когда говорят о слезах, как о горячей лаве.
- Ты сможешь сама стоять?
Чувствуя, что вся сжимается еще сильнее, она лишь отвернулась и уткнулась ему в грудь, не в состоянии сказать ни слова, лишь отрицательно помотав головой. Чего кривить душой, она и правда не сможет сейчас встать, а если и встанет, ноги тут же подкосятся и она упадет. Единственное, что сейчас билось в ее эгоистичном мозгу, было то, чтобы он ее не отпускал, не уходил, был рядом, пусть и не хочет целовать, не хочет обнять, не хочет быть рядом. Пусть побудет. Хотя бы еще чуть-чуть… Она так много просит? Присутствие вдруг оказавшегося таким близким и родным человека – это так много для семнадцатилетней девушки? Почему-то она не задумывалась о причинах, побудивших Ирвидо так поступить. Она его не ненавидела, она не злилась на него, она просто хотела быть рядом.
Она уже не сдерживалась, она знала, что плачет тихо, беззвучно, но при этом ее лицо уже четко расчертили две дорожки слез, заливая  и нагую грудь Венца, а ей было все равно. Только тугая боль сковала горло с такой силой, что она не могла закричать…

+2


Вы здесь » Школа «Колыбель Стихий» » Захоронения тем » Комната Ирви.(Преподавателя темной магии.)